Содержание:
Письмо в редакцию
то же мгновение воздух вокруг городских стен всколыхнулся, на какой то бесконечно краткий миг утратил прозрачность, превратившись в зыбкое подобие матового стекла, — и вернулся в свое обычное физическое состояние. С тем лишь отличием, что снаружи больше никого не было — ни готовящихся к новому штурму персов, ни трупов погибших, ни почерневшего, изрытого воронками и обильно напоенного кровью песка… Только вечная, девственно чистая Великая Пустыня…
Словно и не было тех трех, таким трудом и такой кровью отбитых атак, и погибшие товарищи вовсе и не погибли, а просто отошли куда то и вот вот должны вернуться… И изъеденные временем наконечники стрел, во множестве усеивающие площадь, лежали здесь всегда, а не летели еще совсем недавно, сверкающие и смертоносные, через стены…
Будто и не было этого ничего…
Но — было…
* * *
— Да живы они, живы! — успокоил подбежавшего Юрия Сергеевича успевший к ним первым Окунь. — Без сознания только и какие то придушенные слегка. Помогите кто нибудь их… хм… расцепить…
Скала и двое немецких пехотинцев рванулись к лежащим в прежней позе офицерам и, с огромным трудом разогнув затекшие от нечеловеческого напряжения руки, уложили их на спины.
Окунь оказался прав — реанимировать никого не пришлось: не прошло и десяти секунд, как оба «слегка придушенных» героя восстановили способность самостоятельно дышать. Первым очнулся Зельц: оглядел мутным взглядом обступивших его людей, судорожно втянул воздух и прохрипел, мучительно пытаясь изобразить на лице подобие улыбки:
— Г господин г генерал, а у вас… нет еще того… «рецеп…та с спец…наза»? И с сигаре ты?
Не заставил себя долго ждать и майор. Сверкнув белками глаз сквозь неплотно сжатые веки, он, таким же, что и Зельц, голосом прохрипел:
— Мне тоже оставьте. И того, и другого. А еще ванну и чашечку кофа… — и, полностью открыв наконец глаза, добавил, глядя уже только на Юрия Сергеевича: — П получилось? Сколько мы? Там?
Генерал понял:
— Десять с копейками часов — молодцы. Ох, молодцы! — Не в силах больше сдерживаться, он опустился на колени и, наклонившись, обнял обоих офицеров. — Ну сволочи, ну и герои! Ну и герои, мать вашу! Ох, герои вы мои…
Те, кто был знаком с Юрием Сергеевичем не один год, знали — высшей похвалы у генерала Музыкального не существует в природе…
А через площадь, отчаянно стуча каблучками, уже неслась, словно на крыльях, смертельно уставшая, но счастливая Хранительница…
* * *
— Ну, перестань, Обирочка, ну что ты… Рыцари ведь не плачут… — смущенно бормотал Московенко, не в силах остановить поток ее рвущихся наружу слез. — Зачем… Живой я, живой… Благодаря тебе, милая…
В очередной раз смущенно крякнувший Юрий Сергеевич отвернулся и негромко скомандовал:
— А ну, всем глаза закрыть. Кругом! На двадцать метров шаго ом — арш! И капитана не забудьте, олухи, — не са
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52