Содержание:
Ошибка
о… — Он махнул рукой. — Значит, такая уж у нас, славян, судьба — никогда не отступать… Пошли! — Юрий Сергеевич бросил бинокль Крюку, словно проверяя его реакцию. Бинокль Крюк поймал. — Спускаемся, коллеги. Крюк, собери людей — кажется, пришла пора и нам немного поработать. Пошли…
* * *
— А вот и я! Надеюсь, рады меня слышать? — Вернувшийся бесполый и бесплотный голос неприятно резанул внутренний слух людей, болезненной занозой шевельнулся в их мыслях. — Что то мне подсказывает, что не очень. Какая досада, а я так надеялся, что мы станем добрыми друзьями до самой вашей смерти! Тем более что ждать уже недолго. Кстати, позволю себе потешить ваше тщеславие, майор, — вы избрали верное направление. Хотя, конечно, надеяться разыскать меня за — сколько тому вас времени? — сутки просто глупо. Если у вас нет крыльев за спиной. Ха ха… — и, словно посчитав, что этого недостаточно, повторил: — Ха ха ха… Так о чем это я? Да, вы движетесь в верном направлении, однако путь ваш, с моей точки зрения, слишком скучен. Пора вам познакомиться с моими верными охотничками, моим лучшим творением за все прошедшие годы! Я чувствую — они уже близко. Гораздо ближе, чем вам хотелось бы! — Голос замолчал, будто позволяя людям собраться с их собственными мыслями, однако — в отличие от прошлого раза — никуда не исчез.
Московенко вопросительно взглянул на своих бойцов и, легонько коснувшись пальцем лба, приложил его к губам (отлично понимая, впрочем, что никто из них просто физически не сможет вообще ни о чем не думать). Окунь, естественно, не удержался от язвительного комментария:
— Ну, некоторым из нас это не составит особого труда, командир. Вот если бы вы приказали наоборот — начать усиленно думать — тогда да, тогда, конечно, проблема! — и многозначительно кивнул головой куда то себе за спину. Отлично понявший, кого он имеет в виду, Зельц криво усмехнулся, но промолчал.
— Андрей, хватит. Не время. Он и так знает о нас, похоже, все. И, значит, будет постоянно опережать нас хотя бы на шаг. Я просто ума не приложу, что делать… — Московенко говорил абсолютно ничего не значащие слова, а сам лихорадочно писал на вырванном из своего командирского блокнота листке, стараясь не думать о появляющемся на бумаге тексте: «Мужики, думайте о чем угодно, только поменьше конкретных деталей операции. Шевелите мозгами, загружайте его любой фигней, только отвлеките от меня. Я постараюсь что нибудь сделать».
Спецназовцы поняли — вернувшийся в мысли людей голос удивленно задумчиво пробормотал:
— Хм, прапорщик, я и не знал, что мужские особи вашей примитивной расы настолько подчинены половому инстинкту. Интересно… О о оченъ интересно… А вы зверь, лейтенант Окунев. Неужели вам действительно доставляет удовольствие вспоминать лица всех этих сотен убитых вами людей? Хм… Нам надо пообщаться с вами в иной обстановке…
Московенко удивленно взглянул на сосредоточенного как никогда Окуня: если Анаболик, похоже, п
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51