Содержание:

Архипелаг в огне.


мело значения, кроме моей женщины, моего ребенка и того, что я не мог немедленно отправиться к ним, так же как не мог подняться на ночное небо и снять с него луну. Я смотрел вдаль, на реку - полоску черного блеска в лунном свете, покрытую рябью, - которая должна была унести меня домой. Но этого не произойдет, потому что одной моей воли недостаточно, чтобы вытравить этот приказ из моего сознания.
- Баррич, - взмолился я вслух, как будто он мог слышать меня, - умоляю, позаботься о них, смотри, чтобы с ними ничего не случилось. Охраняй их, как будто они твои собственные, пока я не приду к ним.
Я не помню, как возвращался к загонам и укладывался спать. Но пришло утро, и когда я открыл глаза, то был там. Я лежал и смотрел вверх, на высокую синюю арку неба, и ненавидел свою жизнь. Крис подошел и навис надо мной.
- Ты бы лучше вставал, - сказал он и потом, вглядевшись, заметил:
- У тебя глаза покраснели. Что, была бутылка и ты не поделился?
- У меня нет ничего, чем я мог бы с кем-нибудь поделиться, - ответил я коротко и поднялся на ноги. В голове у меня стучало.
Я думал, как же Молли назовет ее. Может быть, именем какого-нибудь цветка? Сирень или что-нибудь вроде этого. Роза. Ноготок. Как бы я назвал ее? Это не имеет значения.
В следующие несколько дней я делал то, что мне было велено, и делал это хорошо и тщательно, не отвлекаясь на собственные мысли. Где-то во мне сумасшедший буйствовал в своей камере, но я не хотел ничего знать об этом. Я пас овец, ел утром и вечером, ложился ночью и вставал на рассвете. Я двигался вперед в пыли повозок и лошадей, которая густо лежала на моих ресницах и от которой совершенно пересохло горло, и не думал ни о чем. Мне не нужно было думать, чтобы знать, что каждый шаг приближает меня к Верити. Я почти не разговаривал, и вскоре даже Крис устал от моего общества, потому что не мог вызвать меня на спор. Я занимался овцами и был самой лучшей пастушьей собакой на свете. По ночам я не видел снов.
А для остальных жизнь продолжалась. Хозяйка каравана хорошо вела нас, так что не было никаких происшествий. Наши неприятности сводились к пыли и недостатку воды. Редкие остановки мы принимали как естественную часть путешествия. По вечерам, после того как овцы были устроены, а еда приготовлена и съедена, кукольники репетировали. У них было три пьесы, и они, по-видимому, собирались довести их до совершенства к тому времени, когда мы достигнем Голубого озера. Иногда это были только движения кукол и их диалоги, но несколько раз они устраивали полное представление, с факелами и декорациями. Их хозяин был очень строг, у него всегда был наготове хлыст, и он не жалел ударов даже для наемной помощницы, если считал, что она заслужила их. Одна не правильно интонированная строка, одно движение руки марионетки, отличавшееся от плана мастера Делла, - и он уже размахивал своим хлыстом. Даже если бы я был в подходящем настроении для развлечений, это бы мне все ис

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51