Содержание:

Черная Индия.


т движения в других комнатах трактира. Все это напрягало мои нервы, как не напрягал шум ветра, реки и деревьев, возле которых я спал. Я боялся своего собственного племени больше, чем всех угроз мира природы.
Я подумал о Ночном Волке и о том, что же он делает этим вечером. Я попытался дотянуться до него, потом остановил себя. Завтра я пойду в Тредфорд, чтобы сделать то, в чем он мне не может помочь. Более того, теперь я нахожусь в таком месте, куда он все равно не может добраться. Если завтра все кончится хорошо, я отправлюсь в горы искать Верити и могу надеяться на то, что он вспомнит обо мне и придет. Но если я умру, лучше ему остаться там, где он есть, чтобы присоединиться к своим сородичам и жить собственной жизнью.
Прийти к такому заключению и убедиться в его правильности было нетрудно. Значительно труднее оказалось заставить себя следовать собственному решению. Мне не следовало платить за эту комнату. Если бы я провел ночь в пути, то отдохнул бы лучше. Никогда в жизни я не чувствовал себя таким одиноким. Даже в подземелье Регала, перед лицом близкой смерти, я мог поговорить со своим волком. Но этой ночью я был один, замышлял убийство, которое даже не мог спланировать, и боялся, что Регала будет защищать группа владеющих Скиллом. Я даже представить себе не мог, насколько за прошедшее время могло возрасти их мастерство. Несмотря на тепло летней ночи, я чувствовал озноб и дурноту, когда думал об этом. Я никогда не колебался в своем решении убить Регала, только не всегда был уверен, что мое покушение увенчается успехом. Я вел себя не слишком умно с тех пор, как остался один, но завтра я решил действовать так, чтобы Чейд мог мной гордиться.
Думая о группе, я чувствовал вызывающую тошноту уверенность в том, что выдал им свои планы. Пришел ли я сюда по собственной воле, или это Уилл исподволь убедил меня, что мне следует броситься прямо в его объятия? Уилл прекрасно владел Скиллом. Его прикосновение было таким коварным и мягким, что распознать его было трудно. Внезапно мне захотелось потянуться Скиллом наружу, чтобы засечь его наблюдение. Потом я вдруг совершенно отчетливо понял, что это желание было внушено мне Уиллом, вынуждавшим меня открыть ему свое сознание. И так двигались мои мысли, несясь в настоящем вихре, пока я не начал ощущать его восторг от того, что он наблюдал за этим.
После полуночи я неожиданно заснул. Я наконец отбросил свои мучительные мысли и ринулся в сон, как ныряльщик, погружающийся в темные морские глубины. Слишком поздно я понял, к чему это ведет. Я бы сопротивлялся, если бы мог вспомнить как. Но теперь вокруг меня появились гобелены и трофеи, украшавшие Большой зал Рипплкипа, замка герцога Бернса.
Огромные деревянные двери были распахнуты, пробитые стенобойным бараном, который, выполнив свою ужасную работу, теперь лежал на пороге. Дым вился над знаменами и знаками прошлых побед. Повсюду лежали тела - бойцы Бернса пытались удержать поток пиратов, пробивавшихся сквозь то

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51