Содержание:

Об Анатоле Франсе


олнами набегающего от стен света.
Помоги ей.
Эсториан вздрогнул.
В широко открытых глазах Саревадин не было ни насмешки, ни гнева.
Она не сможет сделать это одна. Помоги.
Он помотал ноющей головой.
Я боюсь. Я опять что-нибудь натворю. Я чувствую себя словно в посудной
лавке. Не так повернусь и обязательно что-нибудь разобью.
Саревадин сердито нахмурилась и вздохнула.
Конечно, ты еще не очень-то ловок, но время не ждет. Иди к ней и учись, и
как можно быстрее. Она может полностью истощить себя. Разве ты этого хочешь?
Но я...
Заткнись и делай, что тебе говорят.
Он не маг. Он не знал, как.
Саревадин цеплялась за него, как утопающий за соломинку. Ее руки были
обжигающе холодны.
Делай, она скрежетала зубами, делай же, дьявол тебя раздери!
Он выбросил робкие стрелы силы. Они вернулись, столкнувшись с защитой
Вэньи.
Саревадин трясла его, как мальчишка фруктовое дерево.
Делай!
Он не мог. Его касания были слишком сильны. Они рвали в клочья тонкую
паутину.
Глупец! выругалась Саревадин. Она прикрыла глаза.
Он едва успел подхватить ее и понял, что попался. Она довольно крепко
держалась на собственных ногах. Смешение энергий закружилось, потрескивая,
вокруг них, не давая ему опомниться.
Он поймал брошенную стрелу и пропустил ее сквозь свое сердце. Потом еще
одну и еще. Стрелы связывались в узлы, где-то мелкие, где-то совсем грубые.
Ячейки текли и текли. Делай их прочными. Наращивай там, где слабо.
Пошевеливайся, ибо лежащий человек может в любой момент встать.
Мирейн дернулся, пытаясь сбросить набегавшие на него петли. Его руки
поднялись над грудью, пальцы зашевелились, как ноги морского паука. Он все
еще спал, но гнев его пробуждался.
Саревадин тихо пела о себе и о том, что могло быть, о рыбаках, умеющих
делать крепкие сети, о том, как сладко спится под шум прибоя на морском
берегу.
Она черпала энергию из силы Эсториана, брала сколько нужно и плела сеть
заново, вместе с ней изменяя себя, обретая молодость, бодрость и свежесть.
Вэньи работала отстраненно от предмета своей работы, Саревадин вкладывала в
него душу. И преображалась, поскольку только сила поддерживала в ней жизнь.
Она менялась, как тогда, на волшебной дороге, становясь то женщиной, то
мужчиной, то девицей, то юношей, то вообще без формы и пола, но неуклонно
продолжала тянуть свою песнь.
Спящий боролся с ней в сонном оцепенении, которое в любой момент могло
полыхнуть огнем.
Саревадин пела. Она охлаждала Мирейна сумраком ночных рощ, снегом северных
гор, легким дождем, стучащим по раскаленным крышам. Надо спать, говорила она,
надо усмирить ярость, и тогда сон станет совсем глубоким.
Солнцерожденный не хотел по

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54